«Ана бахкиш араби»: трудности перевода

Leonid Yeselson

В середине 90-х моим помощником работал молодой арабский паренёк по имени Хасан. Я и сам тогда был молодым, так что между нами установились отличные, почти дружеские отношения. Чтобы скоротать часы поездок по стране, мы учили друг друга языкам.

Я учил его не матам (их и так все знают), а полезным фразам вроде: «Зачем ты говоришь глупости?» или «Кто последний?». Он меня — бытовым основам. Но больше всего мне нравилась фраза: «Ана бахкИш Араби», что значит «Я не говорю по-арабски». Я довел её до совершенства и, по словам Хасана, произносил великолепно и почти без акцента.

Коронная фраза

Как-то раз мы приехали на объект на севере. Нас встречает каблан (подрядчик). Он здоровается и, вычислив во мне главного, начинает что-то объяснять. Из всего набора гортанных звуков я выхватил только одно слово — «хабиби». Остальное осталось загадкой.

Я вежливо дождался паузы и блеснул своей коронной фразой во всей красе: — Ана бахкИш Араби!

Каблан запнулся на полуслове, странно на меня посмотрел и ушел с явно обиженным видом.

Я в недоумении.

Хасан, стоявший рядом, спрашивает:

— А ты чего это с ним так?

— Что не так? — фигею я. — Ты же сам говорил, что я всё правильно произношу!

— Ну да, — отвечает Хасан. — Произнес ты всё правильно, молодец. И даже почти без акцента. Но ведь он же с тобой говорил на иврите!!!

Мировая за чашкой кофе Оказалось, мой иврит и его иврит в тот момент не пересеклись в пространстве. Пришлось Хасану за меня извиняться.

В итоге, в лучших традициях израильских строек, меня напоили кофе с хелем (кардамоном), и инцидент был исчерпан.