Рождение нового репатрианта: Роды без анестезии
Загрузка…
2.4.26
…
Как проходят роды? Скажу прямо — НЕЛЕГКО.
Всё началось ещё до отъезда, когда родители заявили, что без багажа они никуда не поедут. Ты ещё молода, нет никаких сантиментов, связанных с вещами, но… мама не может уехать без любимых тарелок, книг и пианино. Багаж — это было только начало той автострады.
Приехав в Израиль, начинаешь понимать, что твой жизненный багаж превращается в бабушкин сундук с занавесками. И… поехали…
От оформления бумаг в аэропорту, от банка и больничной кассы до Битуах Леуми, через мэрию, налоговую, министерство абсорбции, ульпан, легализацию документов… По пути пытаешься разобраться, что такое бюро по трудоустройству. Словарь обогащается понятиями, о которых мы и не слышали: больничная касса, семейный врач, муниципальный налог, договор на съём, пособие, текущий счёт, машканта, НДС, банкомат, кредитка...
Впервые услышав словосочетание «орех дин», я была уверена, что это имя и фамилия адвоката. Потребовалось дня два, чтобы понять, что это название профессии.
Живя в социалистическом раю, мы имели только свидетельство о рождении и паспорт — ВСЁ… А тут на нас посыпались, как дождь, всякие удостоверения (теудот): репатриации, личности, вождения, даркон… И это только начало. Появилась целая полка с папками: договоры, счета, страховые полисы, справки.
Подтверждение образования — отдельная глава и большая головная боль. Как разобраться без бюрократического иврита, что такое «первая и вторая степени»? Как объяснить учителю, что без «теудат ораа» он не сможет войти в класс?
Что помогло охватить необъятное?
СТРЕСС. Он превратился во всемогущего Джинна, вылетевшего из нашей лампы Аладдина, которая долго дремала в рутине предыдущей жизни. Голова работала нон-стоп, удерживая гигабайты информации.
В 90–91-х приехало столько народу, что Израиль обеспечил всех инструкциями на «каком-то русском языке», который мы переводили на «другой русский», чтобы понять — ЧТО ДЕЛАТЬ?
А дальше — цепная реакция: родственники и друзья брали вновь прибывших за руку и бегали с ними по инстанциям, ужасаясь тому количеству информации, которое уже успело осесть в памяти.
Неужели мы через всё это прошли?..
Загрузка данных…
Наша стремительная репатриация
Стремительный отъезд в Израиль, сгоревшие вклады и счастье успеть.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
Второй вариант...
История профессионального успеха: путь от изнурительного труда до лицензированного пенсионного консультанта вопреки скептицизму окружающих
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
Ключи
Последние часы перед отъездом. Продажа кооперативной квартиры, эхо в пустых комнатах, прощание с вещами и случайный металлический ослик на полке. Прошлая жизнь закрывается на два оборота чужой рукой.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
27.4.26
…
Marina Klinger
Наша стремительная репатриация
Стремительный отъезд в Израиль, сгоревшие вклады и счастье успеть.
2.4.26
…
Marina Klinger
Второй вариант...
История профессионального успеха: путь от изнурительного труда до лицензированного пенсионного консультанта вопреки скептицизму окружающих
2.4.26
…
Marina Klinger
Ключи
Последние часы перед отъездом. Продажа кооперативной квартиры, эхо в пустых комнатах, прощание с вещами и случайный металлический ослик на полке. Прошлая жизнь закрывается на два оборота чужой рукой.
27.4.26
…
Рождение нового репатрианта: Роды без анестезии
Marina Klinger
2.4.26
…
Загрузка данных…
Как проходят роды? Скажу прямо — НЕЛЕГКО.
Всё началось ещё до отъезда, когда родители заявили, что без багажа они никуда не поедут. Ты ещё молода, нет никаких сантиментов, связанных с вещами, но… мама не может уехать без любимых тарелок, книг и пианино. Багаж — это было только начало той автострады.
Приехав в Израиль, начинаешь понимать, что твой жизненный багаж превращается в бабушкин сундук с занавесками. И… поехали…
От оформления бумаг в аэропорту, от банка и больничной кассы до Битуах Леуми, через мэрию, налоговую, министерство абсорбции, ульпан, легализацию документов… По пути пытаешься разобраться, что такое бюро по трудоустройству. Словарь обогащается понятиями, о которых мы и не слышали: больничная касса, семейный врач, муниципальный налог, договор на съём, пособие, текущий счёт, машканта, НДС, банкомат, кредитка...
Впервые услышав словосочетание «орех дин», я была уверена, что это имя и фамилия адвоката. Потребовалось дня два, чтобы понять, что это название профессии.
Живя в социалистическом раю, мы имели только свидетельство о рождении и паспорт — ВСЁ… А тут на нас посыпались, как дождь, всякие удостоверения (теудот): репатриации, личности, вождения, даркон… И это только начало. Появилась целая полка с папками: договоры, счета, страховые полисы, справки.
Подтверждение образования — отдельная глава и большая головная боль. Как разобраться без бюрократического иврита, что такое «первая и вторая степени»? Как объяснить учителю, что без «теудат ораа» он не сможет войти в класс?
Что помогло охватить необъятное?
СТРЕСС. Он превратился во всемогущего Джинна, вылетевшего из нашей лампы Аладдина, которая долго дремала в рутине предыдущей жизни. Голова работала нон-стоп, удерживая гигабайты информации.
В 90–91-х приехало столько народу, что Израиль обеспечил всех инструкциями на «каком-то русском языке», который мы переводили на «другой русский», чтобы понять — ЧТО ДЕЛАТЬ?
А дальше — цепная реакция: родственники и друзья брали вновь прибывших за руку и бегали с ними по инстанциям, ужасаясь тому количеству информации, которое уже успело осесть в памяти.
Неужели мы через всё это прошли?..
Marina Klinger
Наша стремительная репатриация
Стремительный отъезд в Израиль, сгоревшие вклады и счастье успеть.
2.4.26
…
Marina Klinger
Второй вариант...
История профессионального успеха: путь от изнурительного труда до лицензированного пенсионного консультанта вопреки скептицизму окружающих
2.4.26
…
Marina Klinger
Ключи
Последние часы перед отъездом. Продажа кооперативной квартиры, эхо в пустых комнатах, прощание с вещами и случайный металлический ослик на полке. Прошлая жизнь закрывается на два оборота чужой рукой.
27.4.26
…
Рождение нового репатрианта: Роды без анестезии
Marina Klinger
2.4.26
…
Загрузка данных…
Как проходят роды? Скажу прямо — НЕЛЕГКО.
Всё началось ещё до отъезда, когда родители заявили, что без багажа они никуда не поедут. Ты ещё молода, нет никаких сантиментов, связанных с вещами, но… мама не может уехать без любимых тарелок, книг и пианино. Багаж — это было только начало той автострады.
Приехав в Израиль, начинаешь понимать, что твой жизненный багаж превращается в бабушкин сундук с занавесками. И… поехали…
От оформления бумаг в аэропорту, от банка и больничной кассы до Битуах Леуми, через мэрию, налоговую, министерство абсорбции, ульпан, легализацию документов… По пути пытаешься разобраться, что такое бюро по трудоустройству. Словарь обогащается понятиями, о которых мы и не слышали: больничная касса, семейный врач, муниципальный налог, договор на съём, пособие, текущий счёт, машканта, НДС, банкомат, кредитка...
Впервые услышав словосочетание «орех дин», я была уверена, что это имя и фамилия адвоката. Потребовалось дня два, чтобы понять, что это название профессии.
Живя в социалистическом раю, мы имели только свидетельство о рождении и паспорт — ВСЁ… А тут на нас посыпались, как дождь, всякие удостоверения (теудот): репатриации, личности, вождения, даркон… И это только начало. Появилась целая полка с папками: договоры, счета, страховые полисы, справки.
Подтверждение образования — отдельная глава и большая головная боль. Как разобраться без бюрократического иврита, что такое «первая и вторая степени»? Как объяснить учителю, что без «теудат ораа» он не сможет войти в класс?
Что помогло охватить необъятное?
СТРЕСС. Он превратился во всемогущего Джинна, вылетевшего из нашей лампы Аладдина, которая долго дремала в рутине предыдущей жизни. Голова работала нон-стоп, удерживая гигабайты информации.
В 90–91-х приехало столько народу, что Израиль обеспечил всех инструкциями на «каком-то русском языке», который мы переводили на «другой русский», чтобы понять — ЧТО ДЕЛАТЬ?
А дальше — цепная реакция: родственники и друзья брали вновь прибывших за руку и бегали с ними по инстанциям, ужасаясь тому количеству информации, которое уже успело осесть в памяти.
Неужели мы через всё это прошли?..