В начале 1990-х между Хайфой и Тират-ха-Кармель находился караванный посёлок. Попадая туда, можно было почувствовать себя в маленьком городке репатриантов, где каждый раскалённый на солнце караван пытался хоть как-то остудиться постоянно работающими, жужжащими вентиляторами.

В посёлке было два вида олим: «русские» и «эфиопы».

Субботний зной и теория познания

Около четырёх часов дня в субботу, когда знойный воздух дрожал и плыл над асфальтом, я сидел на кухне в караване напротив крутящегося вентилятора, пил кока-колу и читал газету «Вести». Слышимость в караванах была отличная — с улицы доносилось абсолютно всё.

Вдруг раздался молодой женский голос, по-русски, с лёгким «аканьем» на московский манер:

— А знаешь, почему эфиопы быстрее нас смогли выучить иврит?

— Почему, мамочка? — отозвалась маленькая девочка. — Да потому что мы всю жизнь учились. Головы у нас забиты знаниями, и поэтому места для иврита осталось меньше. Он туда просто не влезает. А эфиопы… ну… они же с пальм вчера слезли, головы у них пустые, они никогда ничему не учились — и иврит туда: раз! — и залез.

Дзен в мареве Хайфы

Когда голос замолчал, я вдруг поймал себя на странной мысли: а может быть, вот оно — на улице наконец появился мастер дзен-буддизма, который говорит коанами с московским акцентом?

Я вышел наружу и увидел, как по знойной дорожке, уходя на север, в сторону Хайфы, идут молодая мама и маленькая дочка с двумя косичками. Уже тогда я понял, что запомню эту картину на всю жизнь: раскалённый воздух, голубое израильское небо и два потенциальных духовных учителя, которые точно знают, как в головах «устраивается» иврит. В дрожащем мареве, под стрекот кузнечиков, они направлялись туда, где через много лет появится каньон «Хайфа»...