Итак, как я писал ранее, мы с семьей прилетели в Израиль 21 августа 1996 г.

Мы — это теща в возрасте 65 лет, моя жена в возрасте 36 лет, сын в возрасте почти 13 лет, дочка в возрасте 8 лет и я, которому на этот момент исполнилось 39 лет.

Первые шаги: «Накопитель» и буфет

Думаю, первые шаги по Земле Обетованной были у всех одинаковыми. Не помню, как и что произошло с нашими многочисленными баулами и сумками, но мы оказались в приличных размеров комнате, где было порядка 6–7 закрытых дверей в одной из стен. В конце этой комнаты расположен буфет, где можно было приготовить себе кофе/чай, различные газированные сладкие напитки, какие-то печенюшки, вафли и конфеты-леденцы. Конечно, на тещу, жену и дочку это произвело большое впечатление, мы же с сыном, побывав уже в Израиле, были знакомы с подобными щедротами! Было также с десяток телефонов, по которым можно было бесплатно позвонить по всему Израилю.

Конечно, я позвонил родителям и сообщил им, что мы уже прибыли! Нам объяснили, что нас обслужат сотрудники какого-то министерства, а мужчин также пригласят на собеседование в комнатах за теми самыми дверями. Мы провели в этом «накопителе» примерно 1–1,5 часа. Дети периодически ходили в буфет, наслаждаясь «дармовщинкой»!

По громкой связи объявили мою фамилию и пригласили войти в одну из дверей. За дверью был небольшой кабинет и письменный стол, за которым сидел относительно молодой мужчина. Он прекрасно говорил по-русски, впрочем как и все сотрудники, которые были в «накопителе». Товарища интересовали мои профессиональные данные, где и что я делал, но основной вопрос — где и кем я служил в Советской армии!? Получив мой ответ, что служил в армии пожарником, хоть и командиром отделения, интерес к моей персоне снизился. На вопрос, что я могу сообщить интересного и секретного по армейской теме, я сообщил, что могу нарисовать план воинской части, где служил в 1975–1977, и фамилии моих командиров! Судя по всему, в 1996 году эта информация сотрудника не заинтересовала, и я был отпущен с напутствием БААЦЛАХА (Удачи)!

Оформление документов и путь в Кфар-Сабу

Дальше мы получили два теудат-оле — один на семью из 4-х человек, второй на тещу. Нам выдали какую-то сумму наличкой (точно не помню, но кажется, что-то в районе 2000 шек.) и чеки, которые можно было обналичить в банке при открытии счета. Также дали документы для оформления в мисрад клите (Министерство абсорбции) и какие-то справки для мисрад апним (МВД). На этом прием закончился.

К нам подошел сопровождающий и провел к такси. Абсолютно не помню, как обстояло дело с нашим багажом, но из аэропорта мы выехали с ним. Помню только, что водителю пришлось потрудиться, пока он его утрамбовывал в багажнике и на крыше машины. Он что-то говорил на иврите, не обращаясь к нам, — да я всё равно и не понял бы, но по его тону и выражению лица я догадывался, что он не очень доволен!

Уже минут через 30–40 мы оказались в Кфар-Сабе, где жили родители. Они нас встретили у подъезда дома — и конечно же слезы, возгласы, поцелуи и объятия. Затащив всё наше «барахло» в квартиру (хорошо, дом был с лифтом!), нас усадили за стол завтракать! Думаю, что приехавшим в середине 90-х и позже было всё-таки легче, чем репатриантам 90–91 гг. Всё-таки у многих из нас уже были родственники или близкие друзья, знакомые в Израиле, которые помогали нам, особенно в первые дни. Кроме того, уже практически во всех службах были русскоговорящие сотрудники — в банке, в МВД, в поликлинике, в службах трудоустройства и т. п.

Медицина и «соплевой водопад»

На следующий день папа отвел нас в мисрад клита (Министерство алии), где нас оформили, дали направление в поликлинику, в банк и еще куда-то. Мы открыли счет в банке, заказали теудат-зеут в МВД, в поликлинике нас «подписали» к семейному врачу. В общем, все технические процедуры были выполнены, папа везде ходил с нами и объяснял все нюансы.

Запомнилась первая встреча с семейным врачом. Ее интересовал основной вопрос — какие у нас жалобы на здоровье? У меня никаких жалоб не было, несмотря на несколько лишний вес. А вот у жены была аллергия, причем уже почти в течение 20 лет. На что аллергия, мы не знали, и в Союзе она «лечилась» каплями нафтизин. Для тех, кто не знает, — это капли, к которым очень быстро привыкаешь и жить без них просто не можешь. За сутки-двое жена опустошала пузырек в 10 г. Поэтому мы с собой привезли 100 пузырьков, хоть на первое время! Слава Б-гу, наш багаж никто не проверял, и пузырьки давали надежду на светлое будущее хотя бы на первые 150–200 дней!

Домашний врач выслушала мою жену, посмотрела ухо-горло-нос и выписала какие-то таблетки и какую-то «пшикалку» в нос. Еще не закончилось содержимоое этой «пшикалки» и курс приема таблеток, а у жены уже прекратился «соплевой водопад». И сегодня она применяет разные капли только в период, если простыла/простудилась. Всё остальное время у нее нет никакой аллергии. Вот вам и израильская медицина! Также мы получили инструкцию от врача не кушать шкуру с курятины и индюшатины и не есть молочные продукты с жирностью более 9%.

Школьные приключения: класс «Зайн»

Также нам предстоял поход в ирию для записи детей в школу, конечно, папа сопровождал нас! И если с дочкой никаких вопросов и проблем не возникло — она закончила в Харькове 1-й класс и ее записали во 2-й, — то с сыном получился казус. Он закончил 7-й класс и должен, естественно, идти в 8-й. Но, как все знают, в Израиле нет такого понятия как «восьмой» — идет «отсчет» буквами. Поэтому мы дома подготовились и посчитали, как будет на иврите «звучать» 8-й класс. Мы перечислили буквы алфавита: алеф, бет, гимель, далет, гей, вав, зайн — и отправились оформлять сына в школу.

Пкида (служащая) в ирие выполнила нашу просьбу и записала сына в класс «зайн» — как мы считали. Но позже мы узнали, что класса «вэд» в израильских школах не существует, и мы пошли снова в ирию исправлять нашу ошибку, чтобы сына переписали в класс «хет». Пкида, не говорившая по-русски, долго не могла понять, что мы от нее хотим, но благодаря папиному идишу и начальному ивриту мы всё-таки донесли до нее истину. В итоге пкида сказала, что нет проблем переоформить класс, НО она советует, чтобы сын еще раз прослушал курс 7-го класса, ведь у него совсем нет иврита, а так ему будет гораздо проще понять, о чем идет разговор.

Я до сих пор не уверен, что программа 7-го класса украинской школы совпадает хоть в чем-то с программой класса «зайн» в израильской! Но аргумент, что средняя школа в Израиле начинается с класса «зайн» и поэтому класс фактически формируется из новых учеников (т. е. все будут новенькими и почти не знакомы друг с другом) и сыну будет легче влиться в такой коллектив, чем в коллектив, где все дети уже знакомы друг с другом в течение года, перевесил. Так мой сын стал «второгодником».

Первая квартира и «выставки»

До нашего приезда родители подсуетились и договорились о съеме нам жилья в доме недалеко от них. Прикупили две алимовские кровати и холодильник б/у. И уже 1 сентября мы начали переезд в «свою» первую квартиру на Родине! Квартира была 3-х комнатной, с «термобалконом» (моя терминология). Это когда кусок салона, примерно 1,5–2 м, отделен стеклянными дверями от салона с одной стороны, а с другой стороны этого «куска салона» располагаются стандартные раздвижные стекла и трисы. Это пространство позволяет зимой создать в салоне более теплое пространство, а летом, теоретически, жаркий воздух меньше попадает в квартиру.

Нам очень повезло с хозяином квартиры. Во-первых, стоимость была вполне терпимой для 96 года — 350$ (порядка 1500 шек.). Во-вторых, когда возникали какие-то проблемы (поломался душ, украли газовый баллон…), хозяин оплачивал все затраты, направленные на приобретение вещей взамен испортившихся. Один чисто символический момент: наш дом располагался на улице Ицият Эропа (Выходцы из Европы)!

Не знаю почему, но я с детьми просыпался очень рано. В 6 утра обычно мы уже не спали и уходили гулять по городу. В то время было очень много мусорок, рядом с которыми люди выставляли ненужные им вещи — электротовары, мебель, игрушки, пакеты с различной одеждой… и мы, гуляя, изучали этот ассортимент. Не помню уже кто, эти «сокровищницы» назвал ВЫСТАВКАМИ! Звучит намного приятнее, чем свалка или мусорка!

Мы на этих «выставках» поживились многими вещами для благоустройства нашей квартиры. Так был подобран вполне приличный диван, у которого была сломана одна внутренняя доска. После ремонта диван занял место в салоне, и мы им пользовались всё время, пока жили в этой квартире — 1 год и 9 месяцев. Подобрали рабочий вентилятор и даже телевизор. Было подозрение, что телек привезли из Союза: у него был звук, но изображение очень сильно «рябило». Пообщавшись с мастерами в телемастерской, я узнал, что, возможно, это несовпадение каких-то схем (что-то было ПАЛ, а что-то СЕКАМ). Подгонка телевизора под израильскую линию стоила дорого, и нам не гарантировали результат. Но как экран для приставки СЕГА или ДЕНДИ, привезенной из той жизни, телевизор прекрасно подошел к моей и сына радости! Он играл, когда мы смотрели телевизор, и наоборот — и никто никому не мешал.

Однажды, к радости детей, мы нашли большущий пакет с деталями ЛЕГО и кучей трансформеров. Дети долго играли этой находкой, а позже, в 2000 г., передали приехавшему в Израиль племяннику. Мы постепенно понимали, на каких «выставках» преобладает то или иное «богатство». Одной из самых нужных оказалась находка двух невысоких строительных «козелков» высотой примерно 75 см и доски от алимовской кровати размером 1,9 м х 0,8 м. Положив доску на эти козелки и немного доработав конструкцию, мы получили прекрасный обеденный стол, который отлично вписался в пинат-охель. Этот стол также прослужил нам до выезда из этой квартиры.

И последний штрих про «выставки»! Не знаю, с чем это связано, но практически ежедневно нам попадались велосипеды! Конечно, назвать эти «обломки» велосипедами можно с очень большой натяжкой! Где-то была рама с педалями, где-то рама с седлом и рулем, где-то с задним колесом, где-то отдельно педали и колеса… т. е. комплектное изделие нам попалось всего пару раз, но количество «некондиции» позволило мне собрать вполне приличный легкодорожный велосипед с небольшим количеством скоростей для себя и два юниорских велосипеда для детей! Иногда в нашем подвале находилось до 6-ти остовов некомплектных велосипедов и 4 вполне себе рабочие «лошадки». Пока мы жили в Кфар-Сабе, я передвигался по городу и окрестностям только на велосипеде, я не знал ни одного маршрута автобуса! А в какой-то Йом Кипур мы с сыном даже совершили велопробег к родственникам в Петах-Тикву и начали задумываться о пробеге до Афулы. Но эти мысли исчезли очень быстро.

Бар-мицва в день Рош ха-Шана

Еще одно важное событие, произошедшее в первый же месяц нашего переезда в Израиль, — это бар-мицва сына. Мой папа еще в Харькове начал посещать синагогу. Там была группа реформистского иудаизма, которая собиралась по Шаббатам. Приехав в Израиль, папа разыскал синагогу, в которой был раввином выходец из Харькова! Конечно, все службы в синагоге проходили как положено на иврите, но «свободные» беседы велись на обоих языках. Именно поэтому в эту синагогу ходило очень много русскоязычных евреев.

Конечно, папа захотел, чтобы бар-мицва прошла по всем правилам. Он поговорил с раввином, и выяснилось, что мой сын родился именно в день Рош ха-Шана (по еврейскому календарю). Раввин предложил отцу, чтобы мой сын в течение недели походил в синагогу, и он с ним проведет беседы и занятия, что и было сделано! И вот в день Рош ха-Шана мы всем семейством идем в синагогу.

Не помню точно, как и что за чем было, но дошла очередь до процедуры бар-мицвы. Сына вызвали к кафедре, и он прочитал что-то (возможно, молитву — то, что ему дали, то он и прочел, причем на иврите!). А потом вдруг вызывают меня! Я не был к этому готов и сначала даже не понял, почему озвучили мое имя, но отец подтолкнул меня — мол, иди, тебя вызывают. Я вышел, мне дали молитвенник на иврите…. Раввин спросил, если я хочу текст, написанный по-русски, — конечно, я сказал «ДА»! Из-под скатерки, которой была накрыта кафедра, извлекли затертый лист, и я начал читать. Ивритский текст русскими буквами…. я «проблеял» с трудом текст, в котором было по 3–4 согласные буквы вместе. Пока я «читал», услышал, как кто-то сказал: «Сын на иврите прочел лучше, чем он читает по-русски». Как потом мне объяснили, я прочел свой отказ от сына, так как он стал взрослым и самостоятельным! Ну и после были поздравления и, конечно, лехаим за Рош ха-Шана, за сына, за родителей….

Даст Б-г, продолжение будет!

Фотографии:

• Нас организованно везут в Киев.

• Дети спят в аэропорту Борисполь прямо на баулах.