«Здесь на неизведанном пути...»
Загрузка…
2.4.26
…
Когда в Шереметьево-2 в 1990-м мы ждали своей очереди на таможенный досмотр-обираловку вместе с другими репатриантами...
Метрах в двадцати была другая очередь: советские немцы колхозного вида отбывали в ФРГ. Они предъявляли не наши зеленые листочки, а советские красные паспорта. У них не изымали для прослушивания аудиокассеты, как у нас: у них выборочно проверяли записи прямо при проверке.
До нас доносилась удивительная сборная солянка из советских шлягеров: «А ну-ка песню нам пропой, веселый ветер...» «А нам всё равно, а нам всё равно...» «Пора-пора-порадуемся на своем веку...»
Скрытый сионизм А одна песня вдруг навела на мысль: ёлки-палки, да это же скрытый сионизм!
«Надежда — мой компас земной, А удача — награда за смелость, А песни довольно одной, Чтоб только о доме в ней пе-е-е-елось!»
Много лет мы слышали эту песню только в печальном задушевном исполнении Анны Герман. Может, поэтому никаких аллюзий раньше не возникало. А тут, на кассете какого-то фольксдойча, эту песню мощно пел Муслим Магомаев. И она заиграла новыми, бело-голубыми красками.
Два гимна Во-первых, название и ключевое слово песни — один в один израильский гимн «Хатиква» (Надежда). Во-вторых, сами посудите: все слова как нарочно о нас — эмигрантах, иммигрантах, а особенно о репатриантах.
С тех пор эта песня, именно в версии Магомаева, стала нашим семейным гимном, вторым после «Хатиквы». А если совсем честно, то первым. У «Хатиквы» слова точнее, но мелодия совсем траурная. Пахмутовская мелодия тоже в миноре, но в ней действительно чувствуется надежда...
Загрузка данных…
Политики тех лет
Серия биографических портретов ведущих израильских политических и военных деятелей правой волны 1990-х годов это настоящий манифест тоски по «большому стилю» израильской политики 90-х.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
17.5.26
…
Что везти? Пианино!!!
Как разбитое пианино стало самой выгодной сделкой алии.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
Ульпан в Кирьят-Арбе: слово «любить»
История о том, как за простыми упражнениями про внешность супругов открывались глубокие тайны любви и общей еврейской трагедии
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
12.4.26
…
Ralph Kent
Политики тех лет
Серия биографических портретов ведущих израильских политических и военных деятелей правой волны 1990-х годов это настоящий манифест тоски по «большому стилю» израильской политики 90-х.
17.5.26
…
Ralph Kent
Что везти? Пианино!!!
Как разбитое пианино стало самой выгодной сделкой алии.
2.4.26
…
Ralph Kent
Ульпан в Кирьят-Арбе: слово «любить»
История о том, как за простыми упражнениями про внешность супругов открывались глубокие тайны любви и общей еврейской трагедии
12.4.26
…
«Здесь на неизведанном пути...»
Ralph Kent
2.4.26
…
Загрузка данных…
Когда в Шереметьево-2 в 1990-м мы ждали своей очереди на таможенный досмотр-обираловку вместе с другими репатриантами...
Метрах в двадцати была другая очередь: советские немцы колхозного вида отбывали в ФРГ. Они предъявляли не наши зеленые листочки, а советские красные паспорта. У них не изымали для прослушивания аудиокассеты, как у нас: у них выборочно проверяли записи прямо при проверке.
До нас доносилась удивительная сборная солянка из советских шлягеров: «А ну-ка песню нам пропой, веселый ветер...» «А нам всё равно, а нам всё равно...» «Пора-пора-порадуемся на своем веку...»
Скрытый сионизм А одна песня вдруг навела на мысль: ёлки-палки, да это же скрытый сионизм!
«Надежда — мой компас земной, А удача — награда за смелость, А песни довольно одной, Чтоб только о доме в ней пе-е-е-елось!»
Много лет мы слышали эту песню только в печальном задушевном исполнении Анны Герман. Может, поэтому никаких аллюзий раньше не возникало. А тут, на кассете какого-то фольксдойча, эту песню мощно пел Муслим Магомаев. И она заиграла новыми, бело-голубыми красками.
Два гимна Во-первых, название и ключевое слово песни — один в один израильский гимн «Хатиква» (Надежда). Во-вторых, сами посудите: все слова как нарочно о нас — эмигрантах, иммигрантах, а особенно о репатриантах.
С тех пор эта песня, именно в версии Магомаева, стала нашим семейным гимном, вторым после «Хатиквы». А если совсем честно, то первым. У «Хатиквы» слова точнее, но мелодия совсем траурная. Пахмутовская мелодия тоже в миноре, но в ней действительно чувствуется надежда...
Ralph Kent
Политики тех лет
Серия биографических портретов ведущих израильских политических и военных деятелей правой волны 1990-х годов это настоящий манифест тоски по «большому стилю» израильской политики 90-х.
17.5.26
…
Ralph Kent
Что везти? Пианино!!!
Как разбитое пианино стало самой выгодной сделкой алии.
2.4.26
…
Ralph Kent
Ульпан в Кирьят-Арбе: слово «любить»
История о том, как за простыми упражнениями про внешность супругов открывались глубокие тайны любви и общей еврейской трагедии
12.4.26
…
«Здесь на неизведанном пути...»
Ralph Kent
2.4.26
…
Загрузка данных…
Когда в Шереметьево-2 в 1990-м мы ждали своей очереди на таможенный досмотр-обираловку вместе с другими репатриантами...
Метрах в двадцати была другая очередь: советские немцы колхозного вида отбывали в ФРГ. Они предъявляли не наши зеленые листочки, а советские красные паспорта. У них не изымали для прослушивания аудиокассеты, как у нас: у них выборочно проверяли записи прямо при проверке.
До нас доносилась удивительная сборная солянка из советских шлягеров: «А ну-ка песню нам пропой, веселый ветер...» «А нам всё равно, а нам всё равно...» «Пора-пора-порадуемся на своем веку...»
Скрытый сионизм А одна песня вдруг навела на мысль: ёлки-палки, да это же скрытый сионизм!
«Надежда — мой компас земной, А удача — награда за смелость, А песни довольно одной, Чтоб только о доме в ней пе-е-е-елось!»
Много лет мы слышали эту песню только в печальном задушевном исполнении Анны Герман. Может, поэтому никаких аллюзий раньше не возникало. А тут, на кассете какого-то фольксдойча, эту песню мощно пел Муслим Магомаев. И она заиграла новыми, бело-голубыми красками.
Два гимна Во-первых, название и ключевое слово песни — один в один израильский гимн «Хатиква» (Надежда). Во-вторых, сами посудите: все слова как нарочно о нас — эмигрантах, иммигрантах, а особенно о репатриантах.
С тех пор эта песня, именно в версии Магомаева, стала нашим семейным гимном, вторым после «Хатиквы». А если совсем честно, то первым. У «Хатиквы» слова точнее, но мелодия совсем траурная. Пахмутовская мелодия тоже в миноре, но в ней действительно чувствуется надежда...