С начала девяностых годов организованная преступность России начала проявлять интерес к Израилю.

В Израиле проходили международные сходки, страна была поделена на сферы влияния, организовывались «общаки», появились свои «положенцы», «смотрящие», «воры в законе».

Из СНГ заказывались убийства в Израиле и наоборот. В Израиле киллеры находили «лежбища» после выполнения заказов, часто не подозревая, что это их последние радостные дни — и дни вообще.

Тель-Авив стал излюбленным местом для «самоубийств» и «несчастных случаев».

Странные туристы тонули в Средиземном море, зачастую забыв снять ботинки.

Мужчина, поспешивший повеситься сразу же по приезде в апартаментах дорогой гостиницы, по оперативным данным, был одним из исполнителей убийства Влада Листьева.

Скромный парень из Хайфы Евгений К., по имеющейся информации, организовал взрыв на стадионе в Донецке, в котором погиб местный авторитет Алик Грек (Ахать Брагин), а также исполнил другие громкие заказные убийства.

Правда, вернуться в Израиль по неестественным причинам ему уже не удалось.

В национальной библиотеке Израиля обнаружилась древняя рукописная ктуба (брачный договор) стоимостью в сумасшедшую сумму, украденная в 1994 году из Российской национальной библиотеки. Для разнообразия кража была совершена коренными израильтянами по наводке семейной пары репатриантов, ранее работавших в Российской библиотеке.

Сева Могилевич — «Сандак» международного масштаба, фигурирующий в разработках ФБР под кличкой «Толстяк», тоже некоторое время был новым репатриантом.

Лидеры Солнцевской группировки - Михась (Михайлов Сергей) и Авера-старший (Виктор Аверин), имели свой контрольный пакет в Израиле.

В Израиле некоторое время проживал и организовал водочный бизнес-лидер Пушкинской группировки Акоп Юзбашев по кличке «Папа».

«Папа» неудачно пытался получить израильское гражданство, но вернулся в Москву, где в 2001 году был благополучно убит.

В Ашкелоне жил белорусский вор в законе Биря (Бирюков Владимир), впоследствии скоропостижно скончавшийся в Москве от сердечного приступа на фоне общего здоровья.

Лидер ореховской группировки Сергей Тимофеев (Сильвестр) имел израильское гражданство и вместе с Григорием Лернером являлся владельцем тель-авивского Мосторгбанка.

В конце девяностых российская милиция передала израильтянам список «своего» криминалитета, проживающего на территории Израиля, в связи с чем была затеяна операция под кодовым названием «Русский роман», смысл которой заключался в лишении израильского гражданства и выдворении из страны российских «авторитетов».

Идея была неплохая, но единственным реально «пострадавшим» оказался лишь измайловский «авторитет» Антон Малевский («Антоша Резаный»), который впоследствии погиб в Африке при неудачном прыжке с парашютом.

В те же годы по наводке США во въездной визе в Израиль было отказано Иосифу Кобзону. После этого певец при каждом удобном случае повторял, что к народу Израиля у него претензий нет, а вот государство Израиль он не любит.

Именно Кобзон добился освобождения из израильского «плена» осужденного за шпионаж в пользу СССР «друга детства» Шабтая Калмановича.

Эмигрировавший на Запад офицер КГБ Владимир Попов в своих воспоминаниях писал, что Кобзон действовал по указанию российских спецслужб и «друга детства» впервые в жизни (не считая необходимых по сценарию посещений в тюрьме) увидел уже после прибытия того в Москву.

К слову, в 2009 году на Смоленском бульваре в Москве владелец женского баскетбольного клуба Московской области «Спартак», генеральный менеджер женской сборной России по баскетболу, владелец Дорогомиловского рынка и просто небедный израильский парень Шабтай Калманович был расстрелян из проезжавшей мимо машины.

В израильских банках того времени происхождение денег никого не интересовало, процентные ставки на вклады были высокими. В Израиль из СНГ хлынул поток денежных знаков.

Здесь отмывались деньги от полулегальных и нелегальных сделок, хранились «общаки» некоторых российских группировок, личные счета криминальных авторитетов, российских политиков, деятелей искусств и бизнесменов

Российские доллары в израильских банках исчислялись астрономическими суммами. Именно поэтому с 1994–1995 годов в Израиле держался устойчивый курс доллара. И лишь после дефолта 1998 года, когда россияне стали забирать из израильских банков свои деньги, курс доллара в стране резко пополз вверх.

В начале двухтысячных израильская пресса выдвинула обвинения против тогдашнего руководителя «Бюро по связям» Якова Кедми в том, что тот дипломатической почтой перевозил из России в Израиль наличные деньги олигархов. Кедми, естественно, всё отрицал.

Под давлением США в 2000 году был принят закон о борьбе с отмыванием капитала. Сразу же появились уголовные дела против руководителей «Русского отдела» отделения банка Ха-Апоалим на улице Ха-Яркон в Тель-Авиве. Были возбуждены уголовные дела и поданы гражданские иски против многих из его вкладчиков. Банк заплатил крупный штраф.

До сих пор в Израиле имеются невостребованные счета лиц, которые были убиты в «братских» войнах в России ещё в девяностых.

К началу двухтысячных повышенный интерес российского криминала к Израилю постепенно пропал.

К этому времени «синдикаты» успели освоить Испанию, Германию, Францию, Англию и другие страны. Вложение денег в Израиль стало элементарно невыгодным.