Я решил написать этот пост о тех, кто тогда выделялся из общей массы, был, на мой взгляд, лучшим.

Ицхак Шамир

Он был моим первым премьер-министром, когда я приехал в Израиль, и я бы сказал, что единственным моим премьером, по крайней мере, до сего момента. Он был похож на гнома из сказки или на мудрого еврейского сапожника, который из своей полуподвальной мастерской всё видит, всё знает, всё понимает. Видел его вживую неоднократно: я сам тогда жил в Рехавии, в 5 минутах ходьбы от резиденции. Наблюдал, как Шамир по утрам совершает пробежку по полупустым улицам в сопровождении двух охранников. Однажды оказался неподалёку от него в Большой Иерусалимской синагоге в Йом Кипур, куда заглянул из чистого любопытства.

Рождённый в Беларуси, он был ещё из самых тех, кто создавал государство. Злопыхатели обвиняли его в терроризме из-за его участия в сионистском подполье. Соратник и друг Бегина, чья политическая линия никогда не колебалась. При нём Израиль выдержал войну в Заливе и смог принять более чем миллионную нашу алию — а это совсем не тривиально. Плохо ли, хорошо ли, но страна справилась. Ему вменяют в вину поездку на Мадридскую конференцию, но, во-первых, его практически заставили, а, во-вторых, он не уступил там ни пяди. Главные личностные его характеристики — невероятная скромность и огромная порядочность.

Юрий Штерн

С Юрой я не просто был знаком, мы с ним приятельствовали. Я бывал у него в кабинете (когда он был вице-премьером), а однажды мы вместе с ним увидели сообщение по телевизору о том, что в Колизее нашли табличку, свидетельствующую, что этот амфитеатр построен на деньги, награбленные в Иудее. И сошлись во мнении, что это было предсказуемо. Как-то раз я ехал по своим делам и увидел Юру (он жил в районе Раско), пытающегося поймать такси — он опаздывал на заседание в Кнессет. Я его подвёз. У Юры не было своей машины, от использования автомобиля по должности он отказался.

Даже для гораздо более приличной политики того времени Юра смотрелся не очень органично. Слишком интеллигентный, слишком умный и совсем-совсем не рвач. Его не интересовали посты и должности, его интересовало только то, что он может сделать для других. Помогав людям, уже будучи тяжело больным, до последней минуты своей жизни. Я бы назвал его самым скромным и порядочным политиком 90-х… И лучшим представителем нашей алии.

Рехавам Зеэви (Ганди)

Видел его несколько раз на всяких сборищах и демонстрациях, лично знаком не был. Ганди был истинный иерусалимец, пионер и патриот моего города. Генерал, занимавший высшие армейские посты — начальника Генштаба он не получил из-за своей прямоты и резкости. Своё прозвище получил из-за внешнего сходства с Махатмой, хотя их политические взгляды были абсолютно противоположны. Он основал самую правую светскую партию Израиля за все годы до настоящего момента, источником которой была необыкновенная любовь к Стране.

Он всю жизнь занимался исторической географией и историей Израиля, написал важную научную работу о периоде крестоносцев и был лучшим министром туризма за всю историю Израиля. Его знания о географии страны в мельчайших деталях стали легендой в ЦАХАЛе. Ганди был невероятно прямым и честным человеком, озвучивал идеи, которые тогда казались абсолютно неприемлемыми. Пропагандировал идею трансфера, а его фраза о том, что скорпион не может перестать быть скорпионом, до сих пор вызывает обмороки у левых.

Рафаэль Эйтан (Рафуль)

Я никогда не видел Рафуля вживую, не довелось. Хотя и голосовал за него в 1992 году. Кибуцный сабра, он сделал потрясающую армейскую карьеру и считался чуть ли не самым храбрым бойцом ЦАХАЛа. Вероятно, был лучшим начальником Генштаба за всю историю страны. Косвенно попал под раздачу по поводу Сабры и Шатилы — очередное обвинение Израиля в геноциде, которого он не совершал.

Смог уйти от кибуцной идеологии и стать, наряду с Ганди, символом светского правого дискурса страны, создав партию «Цомет». Был жёстким и прямолинейным политиком, одним из первых, кто открыто заговорил о коррупции в стране, в том числе политической. Он был человеком от сохи — и в прямом, и в переносном смысле: окончил Сельскохозяйственную академию, любил работать на земле, сам, своими руками. И, несмотря на имидж деревенщины, был человеком очень неглупым, практичным, прямым и честным.

Он никаким боком не был из политической элиты страны, он был против элиты, и ему это не прощалось — ни справа, ни слева. Честность, прямота, порядочность — не те характеристики, которые приветствует политический эшелон. На этом фоне очень странно смотрится его неожиданная и необъяснимая смерть — его якобы смыло волной в порту Ашдода. При отсутствии шторма. Это был человек плоть от плоти Израиля, соль его земли.

Геула Коэн

Видел её лишь мельком на каком-то собрании. Невероятно яркая женщина, подпольщица из тех же рядов, что и Шамир, радиоведущая подполья, арестованная британцами и феерически бежавшая из тюремной больницы. Она стала символом женщин Израиля, их борьбы, их смелости, их любви к Стране. Она изучала в Еврейском университете (практически вместе с Ганди) библеистику и еврейскую историю, а потом вела передачи на радио на эти темы.

Стала одной из основательниц партии «Тхия» — как протест против передачи Египту Синая и выселения евреев из своих домов. Боролась за территориальную целостность страны и основала амуту по выкупу домов у арабов в Иерусалиме — своего рода идея ненасильственного добровольного трансфера. Она была блестящим оратором и бесстрашным человеком. Не боялась говорить то, о чём другие только смели думать. Её уважали даже политические противники. Ушла из Кнессета после 20 лет службы парламентарием на фоне того, что значительная часть сторонников «Тхии» ушла в «Ликуд», который тогда, при Шамире, был значительно правее. Легенда подполья, честный, прямой и очень порядочный человек.

Эфи Эйтам

Самый молодой из моих героев и, слава богу, жив — и пусть до 120! Блестящий боец самых элитных подразделений ЦАХАЛа, прошедший Шестидневную войну, войну Судного дня и Ливанскую. Дослужился до генерала, командира бригады «Гивати» — дальше не пропустили из-за его бескомпромиссности и прямого, открытого высказывания своих взглядов, которые никогда не нравились политическому истеблишменту. Он обладает блестящей харизмой и владеет ораторским искусством, что сделало его лидером партии МАФДАЛЬ, которую он вывел на подъём. После его ухода партия развалилась.

Активно выступал против соглашений Осло, против передачи земель, занимался вопросами еврейского лидерства в университете Бар-Илан, но известен прежде всего как боевой генерал. Ушёл из Кнессета в 2009 году, и с тех пор занимается в основном общественной и просветительской деятельностью. Лично с ним я не знаком.

В те времена было ещё много заметных политиков, со многими я общался и был знаком лично, но они не вызывают желания о них писать в этом эссе. 

Здесь я собрал только тех политиков, которых считаю прямыми, честными и порядочными — да, были и такие. 

Но в современном политическом мире они не могли бы выжить, увы.