Расскажу свою историю с кибуцами. 

Всё началось с того, что в сентябре 1990 года кто-то из молодёжной еврейской тусовки услышал иврит в ленинградском метро. Оказалось, в Ленинград привезли группу старшеклассников из израильских кибуцев. Они чрезвычайно обрадовались возможности пообщаться с ленинградскими евреями. Я приехал на встречу в гостиницу «Прибалтийская». Так как я уже немного знал иврит, мне было легче: подростков было человек сорок, а один из сопровождающих взрослых активно снимал всё на видеокамеру.

Через месяц я оказался в Израиле. Мы приехали впятером: я, моя первая жена, родители и брат. На мне лежала ответственность за всю семью. Я бегал по Хайфе в поисках квартиры, заходя время от времени в отделение Сионистского форума. В один день я встретил там новую сотрудницу. Она посмотрела на меня и сказала: 

– Привет, а я тебя знаю!

Выяснилось, что она видела видео с той самой встречи в Ленинграде — снимал её муж.

Женщину звали Полина, она занималась программой «Первый дом на родине». Несмотря на то, что программа была для молодых, она помогла нам найти кибуц, который принял всю семью: Гешер, между Тверией и Бейт-Шеаном. Нас поселили в трёх однокомнатных домиках: родители, мы с женой и брат — каждый получил свою крышу. Идеальный вариант: вроде и вместе, и отдельно.

Это было отличное время: мы учились в ульпане в колледже Эмек а-Ярден на берегу Кинерета, немного работали, общались с волонтерами и олимами со всего мира. 

Через три месяца мы с женой и братом поступили в университеты. Мы перебрались в кибуц Шоваль рядом с Беэр-Шевой, прожили там год, работая летом на заводе в обмен на жильё, а потом уехали в город.

Абсорбция получилась мягкой. Мои родители прожили в Гешере год, пока папа не получил стипендию Шапиро и не устроился в Университет Бар-Илан. Мама говорила, что этот год она чувствовала себя как в доме отдыха. 

С семейной парой из Шоваля я общаюсь до сих пор — они уже пенсионеры. 

А в Гешере я не был с тех пор, как уехал...