Загрузка данных…
Мой герой. Папа.
История о мужестве отца-учителя, преодолевшего трудности репатриации и несправедливый наговор.
Рами Крупник
2.4.26
2
Про первую покупку
История о смелом решении купить первое жильё вопреки газетным страшилкам.
Михаил Шамис
2.4.26
2
Про организованную преступность
Превращение Израиля 90-х в убежище и финансовый центр для лидеров российского криминального мира
Alex Raskin
2.4.26
2
Тридцать три: эффект фурацилина
Загрузка…
2.4.26
…
За текучкой дней я едва не пропустил эту дату: 25 января 1993 года, 33 года назад ровно в 10:00, нога вашего покорного слуги второй раз ступила на Землю Израиля.
Как я абсорбировался? Не как сахар или сода в воде — слишком просто и бесследно. Скорее, как «Боц» (кофе по-турецки): вкус есть, бодрит отлично, но на дне всегда остается осадок, по которому можно гадать о прошлом и будущем.
А для коллег-фармацевтов скажу точнее: как фурацилин в не очень горячей воде — полностью так и не растворился.
Хорошо это или плохо? Это жизнь. Такая, какая она есть на самом деле.
Итог тридцатилетия
Главное достижение: я — Израильтянин. Стал шумным, нахрапистым, живу без идолов и кумиров. Я окончательно забыл, что такое «ходить строем», зато обрел ту самую жуткую харизму, которая выковывается только здесь.
Мы приехали «в никуда», а оказались дома.
С осадком, с характером, но абсолютно свои.
Рами Крупник
Мой герой. Папа.
История о мужестве отца-учителя, преодолевшего трудности репатриации и несправедливый наговор.
2.4.26
2
Leonid Nathanson
Про первую покупку
История о смелом решении купить первое жильё вопреки газетным страшилкам.
2.4.26
…
Alex Raskin
Про организованную преступность
Превращение Израиля 90-х в убежище и финансовый центр для лидеров российского криминального мира
2.4.26
2
Тридцать три: эффект фурацилина
Leonid Nathanson
2.4.26
…
Загрузка данных…
За текучкой дней я едва не пропустил эту дату: 25 января 1993 года, 33 года назад ровно в 10:00, нога вашего покорного слуги второй раз ступила на Землю Израиля.
Как я абсорбировался? Не как сахар или сода в воде — слишком просто и бесследно. Скорее, как «Боц» (кофе по-турецки): вкус есть, бодрит отлично, но на дне всегда остается осадок, по которому можно гадать о прошлом и будущем.
А для коллег-фармацевтов скажу точнее: как фурацилин в не очень горячей воде — полностью так и не растворился.
Хорошо это или плохо? Это жизнь. Такая, какая она есть на самом деле.
Итог тридцатилетия
Главное достижение: я — Израильтянин. Стал шумным, нахрапистым, живу без идолов и кумиров. Я окончательно забыл, что такое «ходить строем», зато обрел ту самую жуткую харизму, которая выковывается только здесь.
Мы приехали «в никуда», а оказались дома.
С осадком, с характером, но абсолютно свои.
Рами Крупник
Мой герой. Папа.
История о мужестве отца-учителя, преодолевшего трудности репатриации и несправедливый наговор.
2.4.26
2
Михаил Шамис
Про первую покупку
История о смелом решении купить первое жильё вопреки газетным страшилкам.
2.4.26
2
Alex Raskin
Про организованную преступность
Превращение Израиля 90-х в убежище и финансовый центр для лидеров российского криминального мира
2.4.26
2
Тридцать три: эффект фурацилина
Leonid Nathanson
2.4.26
…
Загрузка данных…
За текучкой дней я едва не пропустил эту дату: 25 января 1993 года, 33 года назад ровно в 10:00, нога вашего покорного слуги второй раз ступила на Землю Израиля.
Как я абсорбировался? Не как сахар или сода в воде — слишком просто и бесследно. Скорее, как «Боц» (кофе по-турецки): вкус есть, бодрит отлично, но на дне всегда остается осадок, по которому можно гадать о прошлом и будущем.
А для коллег-фармацевтов скажу точнее: как фурацилин в не очень горячей воде — полностью так и не растворился.
Хорошо это или плохо? Это жизнь. Такая, какая она есть на самом деле.
Итог тридцатилетия
Главное достижение: я — Израильтянин. Стал шумным, нахрапистым, живу без идолов и кумиров. Я окончательно забыл, что такое «ходить строем», зато обрел ту самую жуткую харизму, которая выковывается только здесь.
Мы приехали «в никуда», а оказались дома.
С осадком, с характером, но абсолютно свои.