Загрузка данных…
Русит, Ранглиш и праздничный «Шир»
Русит как феномен абсорбции: как поздравить с Новым годом на двух языках сразу.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
Очень странное лицо: туристы в Рамалле
Ошибка в навигации: как репатрианты случайно заехали в Рамаллу.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
От имени провожавшей и не уехавшей
Мозаика эмиграции 80–90-х: Малаховка как портал в другой мир.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
Социальный работник по призванию и воле
Загрузка…
2.4.26
…
Мне бы хотелось рассказать про свою маму, Розу Скляр.
Была по специальности химиком-технологом, много лет проработала на заводе «Фотон» в Киеве начальником цеха, руководила 150 людьми.
В Израиле мечтала устроиться хотя бы лаборантом на химическое производство. Не получилось. Даже попала на интервью по специализации на завод бумаги в Хадере, но заключение там было дано — overqualified (избыточная квалификация).
Не сдавалась.
После ульпана несколько месяцев проработала в обувном магазине продавщицей. А потом смогла убедить, и её взяли на университетский курс переквалификации в социальных работников. Ей на момент начала учебы было 45 лет, а брали до 44... Окончила за полтора года (4 семестра, включая летние) Иерусалимский университет с отличием — с ивритом после ульпана «алеф» и без английского, переводила со словарем практически каждое слово в статьях, которые нужно было читать.
С конца 1992 года и до последнего дня (до 77 лет...) проработала социальным работником, всего 31 год. Многие годы работала на полторы ставки, и даже когда уже совсем не нужно было ради денег...
Помогла очень, очень многим людям в Иерусалиме. Все эти годы помогала и нам: раз в две недели — обед, и потом 3–4 огромные сумки с маминой едой домой... Во время всех моих конференций (а их было 9–10 недель каждый год) как-то умудрялась приезжать и помогать моей семье по 3–4 дня каждый раз, при этом работая...
Мама не любила Израиль с самого начала и не полюбила никогда, тем более в конце жизни (умерла внезапно через 5 недель после начала войны и через 11 месяцев после смерти папы...). На работе поняли, что что-то не так, когда она первый раз за все годы не пришла на заседание, не предупредив.
Считала фразы типа «как ты к Израилю относишься, так и он к тебе» полной чушью. На своем примере доказала, что так оно и есть. Просто всегда знала, что нужно — работать, работать, работать. И тогда всё получится.
Мама очень гордилась мной, правда, и всегда критиковала, но при этом говорила, что я — это её самое большое достижение. Собирала мои статьи, интервью. Конечно, мой драйв, моё стремление добиться успеха — это всё от неё.
Светлая память.
Alla Goldner
Русит, Ранглиш и праздничный «Шир»
Русит как феномен абсорбции: как поздравить с Новым годом на двух языках сразу.
2.4.26
…
Alla Goldner
Очень странное лицо: туристы в Рамалле
Ошибка в навигации: как репатрианты случайно заехали в Рамаллу.
2.4.26
…
Alla Goldner
От имени провожавшей и не уехавшей
Мозаика эмиграции 80–90-х: Малаховка как портал в другой мир.
2.4.26
…
Социальный работник по призванию и воле
Alla Goldner
2.4.26
…
Загрузка данных…
Мне бы хотелось рассказать про свою маму, Розу Скляр.
Была по специальности химиком-технологом, много лет проработала на заводе «Фотон» в Киеве начальником цеха, руководила 150 людьми.
В Израиле мечтала устроиться хотя бы лаборантом на химическое производство. Не получилось. Даже попала на интервью по специализации на завод бумаги в Хадере, но заключение там было дано — overqualified (избыточная квалификация).
Не сдавалась.
После ульпана несколько месяцев проработала в обувном магазине продавщицей. А потом смогла убедить, и её взяли на университетский курс переквалификации в социальных работников. Ей на момент начала учебы было 45 лет, а брали до 44... Окончила за полтора года (4 семестра, включая летние) Иерусалимский университет с отличием — с ивритом после ульпана «алеф» и без английского, переводила со словарем практически каждое слово в статьях, которые нужно было читать.
С конца 1992 года и до последнего дня (до 77 лет...) проработала социальным работником, всего 31 год. Многие годы работала на полторы ставки, и даже когда уже совсем не нужно было ради денег...
Помогла очень, очень многим людям в Иерусалиме. Все эти годы помогала и нам: раз в две недели — обед, и потом 3–4 огромные сумки с маминой едой домой... Во время всех моих конференций (а их было 9–10 недель каждый год) как-то умудрялась приезжать и помогать моей семье по 3–4 дня каждый раз, при этом работая...
Мама не любила Израиль с самого начала и не полюбила никогда, тем более в конце жизни (умерла внезапно через 5 недель после начала войны и через 11 месяцев после смерти папы...). На работе поняли, что что-то не так, когда она первый раз за все годы не пришла на заседание, не предупредив.
Считала фразы типа «как ты к Израилю относишься, так и он к тебе» полной чушью. На своем примере доказала, что так оно и есть. Просто всегда знала, что нужно — работать, работать, работать. И тогда всё получится.
Мама очень гордилась мной, правда, и всегда критиковала, но при этом говорила, что я — это её самое большое достижение. Собирала мои статьи, интервью. Конечно, мой драйв, моё стремление добиться успеха — это всё от неё.
Светлая память.
Alla Goldner
Русит, Ранглиш и праздничный «Шир»
Русит как феномен абсорбции: как поздравить с Новым годом на двух языках сразу.
2.4.26
…
Alla Goldner
Очень странное лицо: туристы в Рамалле
Ошибка в навигации: как репатрианты случайно заехали в Рамаллу.
2.4.26
…
Alla Goldner
От имени провожавшей и не уехавшей
Мозаика эмиграции 80–90-х: Малаховка как портал в другой мир.
2.4.26
…
Социальный работник по призванию и воле
Alla Goldner
2.4.26
…
Загрузка данных…
Мне бы хотелось рассказать про свою маму, Розу Скляр.
Была по специальности химиком-технологом, много лет проработала на заводе «Фотон» в Киеве начальником цеха, руководила 150 людьми.
В Израиле мечтала устроиться хотя бы лаборантом на химическое производство. Не получилось. Даже попала на интервью по специализации на завод бумаги в Хадере, но заключение там было дано — overqualified (избыточная квалификация).
Не сдавалась.
После ульпана несколько месяцев проработала в обувном магазине продавщицей. А потом смогла убедить, и её взяли на университетский курс переквалификации в социальных работников. Ей на момент начала учебы было 45 лет, а брали до 44... Окончила за полтора года (4 семестра, включая летние) Иерусалимский университет с отличием — с ивритом после ульпана «алеф» и без английского, переводила со словарем практически каждое слово в статьях, которые нужно было читать.
С конца 1992 года и до последнего дня (до 77 лет...) проработала социальным работником, всего 31 год. Многие годы работала на полторы ставки, и даже когда уже совсем не нужно было ради денег...
Помогла очень, очень многим людям в Иерусалиме. Все эти годы помогала и нам: раз в две недели — обед, и потом 3–4 огромные сумки с маминой едой домой... Во время всех моих конференций (а их было 9–10 недель каждый год) как-то умудрялась приезжать и помогать моей семье по 3–4 дня каждый раз, при этом работая...
Мама не любила Израиль с самого начала и не полюбила никогда, тем более в конце жизни (умерла внезапно через 5 недель после начала войны и через 11 месяцев после смерти папы...). На работе поняли, что что-то не так, когда она первый раз за все годы не пришла на заседание, не предупредив.
Считала фразы типа «как ты к Израилю относишься, так и он к тебе» полной чушью. На своем примере доказала, что так оно и есть. Просто всегда знала, что нужно — работать, работать, работать. И тогда всё получится.
Мама очень гордилась мной, правда, и всегда критиковала, но при этом говорила, что я — это её самое большое достижение. Собирала мои статьи, интервью. Конечно, мой драйв, моё стремление добиться успеха — это всё от неё.
Светлая память.