Родители солдат
Загрузка…
2.4.26
…
Родители солдат. Уже писали, да и я писала. Но всё же...
Пацифизм мой питерский улетучился через две недели после приезда: началась война в Персидском заливе.
Сын мой через год был уже Хатан Танах в Петах-Тикве (мы все хилоним, и он тоже). Потом — проверка на вшивость (мехунаним) в третьем классе. И да, пацан — гений. Причем подозрения у меня были еще в Питере, когда он говорил в три года: «Посмотрите, как бархатно окрашено небо...»
На иврите он заговорил так же: «Мадуа... мипней ше...» Окружение шарахалось. После экзаменов на мехунаним ко мне стали приставать: «А давайте его в пнимию для особо одаренных...»
Я:
– А давайте вы не будете мне говорить, что и как...
Я-то была убеждена, что такие дети не должны вместе спать, пить, есть и мыться. Максимум — учиться... Учителя рыдали и умоляли его... помолчать.
Ну, как-то мы с фейерверками доучились и шли на 8200. Но тут мне сын заявляет, что он идет в танковые войска... И, зная меня, добавил: если я стану противиться, то он мне не сын. Вся семья в валерьянке, корвалоле и вабене. НИ ФИГА... Ладно, наивно подумала я, тебе там, вундеркинду хренову, покажут...
Для начала у них не нашлось ботинок 47-го размера. То-се, птор ми наалаим, в конце я купила ботинки в киббуце Гиват-Хашлоша. Скабиас — одеяло свое. Подушку сперли — перебьешься. И всё это было под Эйлатом. Потом мы, то бишь молодой солдат, начали харкать кровью. В прямом смысле. Нос, горло и... писаем так же. В больнице в Эйлате даже кровь не взяли на анализ.
После месяца этого безобразия я поняла, что пришло время воевать. Написала письмо, что если у них не хватает «хомер ле михкар», то пусть возьмут меня. Через 8 часов солдатик был в Тель ха-Шомере. Когда я прибежала, то в миюне был аврал. Покидали всех и сгрудились вокруг моего. Вся форма была в крови... (это он так чихал и кашлял кровью). Похудел он на 12 кг за месяц. Хорошо, что он был не худой до этого. Неделю почистили, подлечили — и вперед. Потом месяца три звонили и спрашивали, не хочет ли он снизить профиль...
И вот уже 20 лет милуим. И Север, и Газа.
Так что и еврейские вундеркинды очень даже могут воевать и защищать свою страну.
Загрузка данных…
Отъезд. ОВиР
Победа в борьбе с ОВИРом
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
Наш первый дом в Израиле
О первом израильском доме: от рискованной покупки «на бумаге» до места, где сплелись судьбы, праздники и прощания.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
Пиратский круиз
встреча цивилизаций в порту Яффо, мостик между миром криминала и миром интеллигенции
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
Julia Bar Haviv
Отъезд. ОВиР
Победа в борьбе с ОВИРом
2.4.26
…
Julia Bar Haviv
Наш первый дом в Израиле
О первом израильском доме: от рискованной покупки «на бумаге» до места, где сплелись судьбы, праздники и прощания.
2.4.26
…
Julia Bar Haviv
Пиратский круиз
встреча цивилизаций в порту Яффо, мостик между миром криминала и миром интеллигенции
2.4.26
…
Родители солдат
Julia Bar Haviv
2.4.26
…
Загрузка данных…
Родители солдат. Уже писали, да и я писала. Но всё же...
Пацифизм мой питерский улетучился через две недели после приезда: началась война в Персидском заливе.
Сын мой через год был уже Хатан Танах в Петах-Тикве (мы все хилоним, и он тоже). Потом — проверка на вшивость (мехунаним) в третьем классе. И да, пацан — гений. Причем подозрения у меня были еще в Питере, когда он говорил в три года: «Посмотрите, как бархатно окрашено небо...»
На иврите он заговорил так же: «Мадуа... мипней ше...» Окружение шарахалось. После экзаменов на мехунаним ко мне стали приставать: «А давайте его в пнимию для особо одаренных...»
Я:
– А давайте вы не будете мне говорить, что и как...
Я-то была убеждена, что такие дети не должны вместе спать, пить, есть и мыться. Максимум — учиться... Учителя рыдали и умоляли его... помолчать.
Ну, как-то мы с фейерверками доучились и шли на 8200. Но тут мне сын заявляет, что он идет в танковые войска... И, зная меня, добавил: если я стану противиться, то он мне не сын. Вся семья в валерьянке, корвалоле и вабене. НИ ФИГА... Ладно, наивно подумала я, тебе там, вундеркинду хренову, покажут...
Для начала у них не нашлось ботинок 47-го размера. То-се, птор ми наалаим, в конце я купила ботинки в киббуце Гиват-Хашлоша. Скабиас — одеяло свое. Подушку сперли — перебьешься. И всё это было под Эйлатом. Потом мы, то бишь молодой солдат, начали харкать кровью. В прямом смысле. Нос, горло и... писаем так же. В больнице в Эйлате даже кровь не взяли на анализ.
После месяца этого безобразия я поняла, что пришло время воевать. Написала письмо, что если у них не хватает «хомер ле михкар», то пусть возьмут меня. Через 8 часов солдатик был в Тель ха-Шомере. Когда я прибежала, то в миюне был аврал. Покидали всех и сгрудились вокруг моего. Вся форма была в крови... (это он так чихал и кашлял кровью). Похудел он на 12 кг за месяц. Хорошо, что он был не худой до этого. Неделю почистили, подлечили — и вперед. Потом месяца три звонили и спрашивали, не хочет ли он снизить профиль...
И вот уже 20 лет милуим. И Север, и Газа.
Так что и еврейские вундеркинды очень даже могут воевать и защищать свою страну.
Julia Bar Haviv
Отъезд. ОВиР
Победа в борьбе с ОВИРом
2.4.26
…
Julia Bar Haviv
Наш первый дом в Израиле
О первом израильском доме: от рискованной покупки «на бумаге» до места, где сплелись судьбы, праздники и прощания.
2.4.26
…
Julia Bar Haviv
Пиратский круиз
встреча цивилизаций в порту Яффо, мостик между миром криминала и миром интеллигенции
2.4.26
…
Родители солдат
Julia Bar Haviv
2.4.26
…
Загрузка данных…
Родители солдат. Уже писали, да и я писала. Но всё же...
Пацифизм мой питерский улетучился через две недели после приезда: началась война в Персидском заливе.
Сын мой через год был уже Хатан Танах в Петах-Тикве (мы все хилоним, и он тоже). Потом — проверка на вшивость (мехунаним) в третьем классе. И да, пацан — гений. Причем подозрения у меня были еще в Питере, когда он говорил в три года: «Посмотрите, как бархатно окрашено небо...»
На иврите он заговорил так же: «Мадуа... мипней ше...» Окружение шарахалось. После экзаменов на мехунаним ко мне стали приставать: «А давайте его в пнимию для особо одаренных...»
Я:
– А давайте вы не будете мне говорить, что и как...
Я-то была убеждена, что такие дети не должны вместе спать, пить, есть и мыться. Максимум — учиться... Учителя рыдали и умоляли его... помолчать.
Ну, как-то мы с фейерверками доучились и шли на 8200. Но тут мне сын заявляет, что он идет в танковые войска... И, зная меня, добавил: если я стану противиться, то он мне не сын. Вся семья в валерьянке, корвалоле и вабене. НИ ФИГА... Ладно, наивно подумала я, тебе там, вундеркинду хренову, покажут...
Для начала у них не нашлось ботинок 47-го размера. То-се, птор ми наалаим, в конце я купила ботинки в киббуце Гиват-Хашлоша. Скабиас — одеяло свое. Подушку сперли — перебьешься. И всё это было под Эйлатом. Потом мы, то бишь молодой солдат, начали харкать кровью. В прямом смысле. Нос, горло и... писаем так же. В больнице в Эйлате даже кровь не взяли на анализ.
После месяца этого безобразия я поняла, что пришло время воевать. Написала письмо, что если у них не хватает «хомер ле михкар», то пусть возьмут меня. Через 8 часов солдатик был в Тель ха-Шомере. Когда я прибежала, то в миюне был аврал. Покидали всех и сгрудились вокруг моего. Вся форма была в крови... (это он так чихал и кашлял кровью). Похудел он на 12 кг за месяц. Хорошо, что он был не худой до этого. Неделю почистили, подлечили — и вперед. Потом месяца три звонили и спрашивали, не хочет ли он снизить профиль...
И вот уже 20 лет милуим. И Север, и Газа.
Так что и еврейские вундеркинды очень даже могут воевать и защищать свою страну.