Родители солдат
Загрузка…
2.4.26
…
Родители солдат. Уже писали, да и я писала. Но всё же...
Пацифизм мой питерский улетучился через две недели после приезда: началась война в Персидском заливе.
Сын мой через год был уже Хатан Танах в Петах-Тикве (мы все хилоним, и он тоже). Потом — проверка на вшивость (мехунаним) в третьем классе. И да, пацан — гений. Причем подозрения у меня были еще в Питере, когда он говорил в три года: «Посмотрите, как бархатно окрашено небо...»
На иврите он заговорил так же: «Мадуа... мипней ше...» Окружение шарахалось. После экзаменов на мехунаним ко мне стали приставать: «А давайте его в пнимию для особо одаренных...»
Я:
– А давайте вы не будете мне говорить, что и как...
Я-то была убеждена, что такие дети не должны вместе спать, пить, есть и мыться. Максимум — учиться... Учителя рыдали и умоляли его... помолчать.
Ну, как-то мы с фейерверками доучились и шли на 8200. Но тут мне сын заявляет, что он идет в танковые войска... И, зная меня, добавил: если я стану противиться, то он мне не сын. Вся семья в валерьянке, корвалоле и вабене. НИ ФИГА... Ладно, наивно подумала я, тебе там, вундеркинду хренову, покажут...
Для начала у них не нашлось ботинок 47-го размера. То-се, птор ми наалаим, в конце я купила ботинки в киббуце Гиват-Хашлоша. Скабиас — одеяло свое. Подушку сперли — перебьешься. И всё это было под Эйлатом. Потом мы, то бишь молодой солдат, начали харкать кровью. В прямом смысле. Нос, горло и... писаем так же. В больнице в Эйлате даже кровь не взяли на анализ.
После месяца этого безобразия я поняла, что пришло время воевать. Написала письмо, что если у них не хватает «хомер ле михкар», то пусть возьмут меня. Через 8 часов солдатик был в Тель ха-Шомере. Когда я прибежала, то в миюне был аврал. Покидали всех и сгрудились вокруг моего. Вся форма была в крови... (это он так чихал и кашлял кровью). Похудел он на 12 кг за месяц. Хорошо, что он был не худой до этого. Неделю почистили, подлечили — и вперед. Потом месяца три звонили и спрашивали, не хочет ли он снизить профиль...
И вот уже 20 лет милуим. И Север, и Газа.
Так что и еврейские вундеркинды очень даже могут воевать и защищать свою страну.
Загрузка данных…
Мой приезд в Израиль
Воспоминания о первых днях репатриации – так начался наш первый шаббат на родине.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
Как мы уезжали в Израиль
Атмосфера начального периода «большой алии» (1990 г.) в закрытом советском городе Горьком. И отдельно – о работе активистов в почтовых отделениях с целью спасения и нелегальной курьерской доставки писем-вызовов адресатам
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
24.6.26
…
Русит, Ранглиш и праздничный «Шир»
Русит как феномен абсорбции: как поздравить с Новым годом на двух языках сразу.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…
Julia Bar Haviv
Мой приезд в Израиль
Воспоминания о первых днях репатриации – так начался наш первый шаббат на родине.
2.4.26
…
Julia Bar Haviv
Как мы уезжали в Израиль
Атмосфера начального периода «большой алии» (1990 г.) в закрытом советском городе Горьком. И отдельно – о работе активистов в почтовых отделениях с целью спасения и нелегальной курьерской доставки писем-вызовов адресатам
24.6.26
…
Julia Bar Haviv
Русит, Ранглиш и праздничный «Шир»
Русит как феномен абсорбции: как поздравить с Новым годом на двух языках сразу.
2.4.26
…
Родители солдат
Julia Bar Haviv
2.4.26
…
Загрузка данных…
Родители солдат. Уже писали, да и я писала. Но всё же...
Пацифизм мой питерский улетучился через две недели после приезда: началась война в Персидском заливе.
Сын мой через год был уже Хатан Танах в Петах-Тикве (мы все хилоним, и он тоже). Потом — проверка на вшивость (мехунаним) в третьем классе. И да, пацан — гений. Причем подозрения у меня были еще в Питере, когда он говорил в три года: «Посмотрите, как бархатно окрашено небо...»
На иврите он заговорил так же: «Мадуа... мипней ше...» Окружение шарахалось. После экзаменов на мехунаним ко мне стали приставать: «А давайте его в пнимию для особо одаренных...»
Я:
– А давайте вы не будете мне говорить, что и как...
Я-то была убеждена, что такие дети не должны вместе спать, пить, есть и мыться. Максимум — учиться... Учителя рыдали и умоляли его... помолчать.
Ну, как-то мы с фейерверками доучились и шли на 8200. Но тут мне сын заявляет, что он идет в танковые войска... И, зная меня, добавил: если я стану противиться, то он мне не сын. Вся семья в валерьянке, корвалоле и вабене. НИ ФИГА... Ладно, наивно подумала я, тебе там, вундеркинду хренову, покажут...
Для начала у них не нашлось ботинок 47-го размера. То-се, птор ми наалаим, в конце я купила ботинки в киббуце Гиват-Хашлоша. Скабиас — одеяло свое. Подушку сперли — перебьешься. И всё это было под Эйлатом. Потом мы, то бишь молодой солдат, начали харкать кровью. В прямом смысле. Нос, горло и... писаем так же. В больнице в Эйлате даже кровь не взяли на анализ.
После месяца этого безобразия я поняла, что пришло время воевать. Написала письмо, что если у них не хватает «хомер ле михкар», то пусть возьмут меня. Через 8 часов солдатик был в Тель ха-Шомере. Когда я прибежала, то в миюне был аврал. Покидали всех и сгрудились вокруг моего. Вся форма была в крови... (это он так чихал и кашлял кровью). Похудел он на 12 кг за месяц. Хорошо, что он был не худой до этого. Неделю почистили, подлечили — и вперед. Потом месяца три звонили и спрашивали, не хочет ли он снизить профиль...
И вот уже 20 лет милуим. И Север, и Газа.
Так что и еврейские вундеркинды очень даже могут воевать и защищать свою страну.
Julia Bar Haviv
Мой приезд в Израиль
Воспоминания о первых днях репатриации – так начался наш первый шаббат на родине.
2.4.26
…
Julia Bar Haviv
Как мы уезжали в Израиль
Атмосфера начального периода «большой алии» (1990 г.) в закрытом советском городе Горьком. И отдельно – о работе активистов в почтовых отделениях с целью спасения и нелегальной курьерской доставки писем-вызовов адресатам
24.6.26
…
Julia Bar Haviv
Русит, Ранглиш и праздничный «Шир»
Русит как феномен абсорбции: как поздравить с Новым годом на двух языках сразу.
2.4.26
…
Родители солдат
Julia Bar Haviv
2.4.26
…
Загрузка данных…
Родители солдат. Уже писали, да и я писала. Но всё же...
Пацифизм мой питерский улетучился через две недели после приезда: началась война в Персидском заливе.
Сын мой через год был уже Хатан Танах в Петах-Тикве (мы все хилоним, и он тоже). Потом — проверка на вшивость (мехунаним) в третьем классе. И да, пацан — гений. Причем подозрения у меня были еще в Питере, когда он говорил в три года: «Посмотрите, как бархатно окрашено небо...»
На иврите он заговорил так же: «Мадуа... мипней ше...» Окружение шарахалось. После экзаменов на мехунаним ко мне стали приставать: «А давайте его в пнимию для особо одаренных...»
Я:
– А давайте вы не будете мне говорить, что и как...
Я-то была убеждена, что такие дети не должны вместе спать, пить, есть и мыться. Максимум — учиться... Учителя рыдали и умоляли его... помолчать.
Ну, как-то мы с фейерверками доучились и шли на 8200. Но тут мне сын заявляет, что он идет в танковые войска... И, зная меня, добавил: если я стану противиться, то он мне не сын. Вся семья в валерьянке, корвалоле и вабене. НИ ФИГА... Ладно, наивно подумала я, тебе там, вундеркинду хренову, покажут...
Для начала у них не нашлось ботинок 47-го размера. То-се, птор ми наалаим, в конце я купила ботинки в киббуце Гиват-Хашлоша. Скабиас — одеяло свое. Подушку сперли — перебьешься. И всё это было под Эйлатом. Потом мы, то бишь молодой солдат, начали харкать кровью. В прямом смысле. Нос, горло и... писаем так же. В больнице в Эйлате даже кровь не взяли на анализ.
После месяца этого безобразия я поняла, что пришло время воевать. Написала письмо, что если у них не хватает «хомер ле михкар», то пусть возьмут меня. Через 8 часов солдатик был в Тель ха-Шомере. Когда я прибежала, то в миюне был аврал. Покидали всех и сгрудились вокруг моего. Вся форма была в крови... (это он так чихал и кашлял кровью). Похудел он на 12 кг за месяц. Хорошо, что он был не худой до этого. Неделю почистили, подлечили — и вперед. Потом месяца три звонили и спрашивали, не хочет ли он снизить профиль...
И вот уже 20 лет милуим. И Север, и Газа.
Так что и еврейские вундеркинды очень даже могут воевать и защищать свою страну.