Израиль. 1992 год. Я искала работу. Первую… Год непродуктивного битья головой об стенку научил меня многому. Поэтому на вопрос потенциального работодателя, знаю ли я компьютер, не раздумывая, уверенно кивнула головой. К тому времени у меня в активе был недельный курс пользователя, прослушанный когда-то «в другой жизни». Больше я с электроникой дела не имела, но это было не важно. Важно было то, что меня наконец-то приняли!

Как на следующее утро я искала кнопочку, ползая под столом, чтобы включить этот страшный чёрный ящик, — отдельная песня. Благо я прибежала пораньше и никто не видел моих титанических усилий. Позже пришёл мальчик из техподдержки — объяснять новую программу, адаптированную к специфике конторы. Я смотрела на него глазами загипнотизированного кролика, автоматически записывая как можно больше информации. Программа была новой, на ней ещё никто не работал, и моя беспомощность выглядела вполне пристойно.

Вечером я заполошно орала в телефонную трубку родственнику, бывшему айтишнику, который временно подрабатывал уборкой синагог: «Миша, выручай!» Иврит и английский были у меня в зачаточном состоянии. Ни Windows, ни Google ещё не изобрели. Возможно, они уже и существовали где-то, но не в наших краях. Я с головой нырнула в дебри DOSа, осваивая его по ночам с нуля, периодически выплывая на поверхность, чтобы закатить истерику или швырнуть тяжёлый предмет в мужа. Муж уворачивался и терпел, стиснув зубы. Днём же я с умным и доброжелательным видом, спрятав круги под глазами за тональным кремом и толстыми стёклами очков, старательно стучала по клавиатуре, занося какие-то данные под руководством терпеливого мальчика.

Недельки через две на авансцене появился босс, оценил цепким взглядом ситуацию и уединился в кабинете. Перед уходом домой он нарисовался снова и протянул лист бумаги. «Увольнение», — обречённо решила я и попыталась сфокусировать взгляд на тексте. Ничего не получалось… То есть текст я видела, но закорючки не складывались в слова. Видя моё выражение лица, начальник пояснил: «Я набросал программку, пока был в отпуске, внеси её в компьютер». «Конечно», — на автомате ответила я, лихорадочно соображая, где у чёртового ящика прорезь, чтоб вставить эту бумаженцию.

Спасла меня от самоубийства фраза Миши, примчавшегося в очередной раз мне на выручку. «Запомни, у компа мощнейшая защита от дураков, не трусь, хуже не будет», — внушал он мне тоном заклинателя змей. И я поверила, тем более что он тут же вызвался провести сокращённо-ускоренный курс программирования. Вскоре я стала бить по клавиатуре намного уверенней и даже помогла кому-то из сотрудников. Где-то через три месяца терпеливый мальчик не появился на работе. На мой удивлённый взгляд соседка ответила: «Босс отказался от техподдержки, сказал, теперь у нас есть ты…»