Для тех, кто не в теме: «победит» — это материал (так его обобщенно называли на доисторической), который позволял значительно повысить эффективность использования сверл, а также выполнять с их помощью обработку высокопрочных материалов.

Шёл 89-й год, делались последние штрихи перед отъездом в Израиль. Несмотря на все возражения жены — «Какого черта ты засовываешь в багаж инструменты, это же большой вес?!» — я с гордостью отвечал, что это уникальные инструменты и такие нигде во всем мире не купишь, даже в Израиле. Особенно мне был дорог набор свёрл с победитовыми напайками, которые я купил (а вернее, произвел бартерную сделку за бутылку водки) у одного знакомого инструментальщика. Что я собирался с ними делать в Израиле? Сегодня я не могу это объяснить. Для сверления бетона они не годились. А идти работать на какой-то завод, где бы я использовал эти советские победитовые сверла... по меньшей мере было идиотизмом. Но тогда мне так не казалось. Я воображал, что при помощи этих замечательных свёрл мне удастся поднять уровень израильской промышленности на недосягаемую высоту.

Таможенник докопался до пенала с этими свёрлами практически сразу. А надо сказать, что пенал под них был ручной работы и очень необычной формы. Сделал его один зек, который проходил переподготовку к гражданской жизни на нашем участке. На пенале была выгравирована какая-то тюремная символика, которую сопровождали надписи той же тематики.

— Что это? — с издевкой спросил он.

— Сверла, — честно ответил я.

— А это? — он показал на пенал. — Разрешение из министерства культуры на вывоз есть?

Ого! А может, и правда это какой-то уголовный антиквариат? Никакого разрешения у меня, конечно, не было.

— Слушай, — сказал я таможеннику, — а давай выкинем этот пенал. Сверла ведь можно вывозить?

— Инструмент разрешается, — ответил таможенник, и зековский пенал куда-то исчез. Ну и черт с ним! Главное — сверла! Говорить, что они с победитовыми напайками, я не стал, а то таможенник быстро отправил бы меня за разрешением в министерство тяжелого машиностроения. Да и смотрел он на меня очень подозрительно: еврей, вывозящий из Союза какие-то сверла в зековском пенале... Это не укладывалось в его познания о евреях.

Победитовые сверла благополучно добрались до Израиля и через пару месяцев перекочевали в инструментальную тумбочку на моем первом рабочем месте. Ещё через неделю я продемонстрировал их старому технологу Бергеру. Он видел в своей жизни почти всё, даже Сибирь. Бергер брезгливо взял в руки одно из свёрл и сказал на своём ломаном русском:

— Последний раз я видел аналогичные сверла у Стефа, когда он только начинал работать, в середине 50-х.

— Какой ещё Стеф? — спросил я.

— Вертхаймер, — ответил Бергер и протянул мне каталог фирмы «Искар».

По дороге домой я со злостью выбросил в ящик с металлической стружкой все свои замечательные победитовые сверла. О чем сегодня очень жалею. Раритет как-никак! 😁