Моё первое место работы в Израиле
Загрузка…
2.4.26
…
На фото: с детьми. 1991 г. Кибуц Негба
Я приехала в Израиль в октябре 1990-го с мужем, сыном 10 лет и дочерью 1,5 года.
После ульпана резко встала проблема поисков работы. Это было то благословенное время, когда на израильскую голову каждый месяц падали с неба сотни тысяч новых репатриантов со всеми вытекающими отсюда последствиями. Невозможно было устроиться даже на уборки. И конечно же, существовало твердое мнение, что без блата (или, как здесь говорили, «протекции») никуда не возьмут. А протекции не было.
Где-то я случайно услышала, что в банке «Мизрахи» решили набрать русскоязычных «пкидот» (служащих) для привлечения новых клиентов. Но как попасть в банк «Мизрахи»?
Я начала активно думать, кто составит мне протекцию. . В это время мой десятилетний сын, который очень интересовался историей и традициями еврейского народа, занимался на курсах у русскоязычного раввина. Я поняла, что это мой шанс. Ведь в банке «Мизрахи» все религиозные. (Только сегодня я понимаю, что логика была «железная». Примерно как «в огороде бузина, а в Киеве дядька»).
И вот в пятницу я приготовила семью к атаке на раввина. Надела платье, закрывающее колени, и кипу на тогдашнего мужа, взяла на руки принаряженную свою дочу-красотулечку, и так торжественно мы пошли забирать сына после занятий.
Я скромно подошла к раввину и спросила, какие успехи в учебе у моего сына. Раввин ответил:
– Прекрасная голова. Нам бы еще с десяток таких.
Вот это подставился! Невозможно было упустить такой шанс! Я тут же сказала:
— Не будет с десяток. Скоро и этих двоих кормить будет нечем. — И продолжила: — Квод а-рав (уважаемый раввин), в банке «Мизрахи» нужны русские пкидот, замолвите за меня словечко.
Рав обалдел от такой наглости, но быстро сориентировался:
— А что ты умеешь делать? Я тут же рассказала, что умею работать на компьютере (забыв упомянуть, что работала я на больших промышленных компах, а персональный компьютер в глаза не видела) и уже прекрасно владею ивритом (да уж!).
Через несколько дней, к своему изумлению, я уже работала секретарем этого раввина в городском раввинате. Как говорится: «Смелость города берет». Проработала там почти год.

Загрузка данных…

Моя алия
О борьбе с «полковничьей» бюрократией и контрасте между обликом латвийской таможни и персонала в Шереметьево.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
1.5.26
…

Опыт 35 лет алии
35 лет алии: путь от пустой квартиры до журналистской карьеры.
Add paragraph text. Click “Edit Text” to update the font, size and more. To change and reuse text themes, go to Site Styles.
2.4.26
…

Марина Финкельштейн
Моя алия
О борьбе с «полковничьей» бюрократией и контрасте между обликом латвийской таможни и персонала в Шереметьево.
1.5.26
…

Марина Финкельштейн
Опыт 35 лет алии
35 лет алии: путь от пустой квартиры до журналистской карьеры.
2.4.26
…
Моё первое место работы в Израиле
Марина Финкельштейн
2.4.26
…

Загрузка данных…
На фото: с детьми. 1991 г. Кибуц Негба
Я приехала в Израиль в октябре 1990-го с мужем, сыном 10 лет и дочерью 1,5 года.
После ульпана резко встала проблема поисков работы. Это было то благословенное время, когда на израильскую голову каждый месяц падали с неба сотни тысяч новых репатриантов со всеми вытекающими отсюда последствиями. Невозможно было устроиться даже на уборки. И конечно же, существовало твердое мнение, что без блата (или, как здесь говорили, «протекции») никуда не возьмут. А протекции не было.
Где-то я случайно услышала, что в банке «Мизрахи» решили набрать русскоязычных «пкидот» (служащих) для привлечения новых клиентов. Но как попасть в банк «Мизрахи»?
Я начала активно думать, кто составит мне протекцию. . В это время мой десятилетний сын, который очень интересовался историей и традициями еврейского народа, занимался на курсах у русскоязычного раввина. Я поняла, что это мой шанс. Ведь в банке «Мизрахи» все религиозные. (Только сегодня я понимаю, что логика была «железная». Примерно как «в огороде бузина, а в Киеве дядька»).
И вот в пятницу я приготовила семью к атаке на раввина. Надела платье, закрывающее колени, и кипу на тогдашнего мужа, взяла на руки принаряженную свою дочу-красотулечку, и так торжественно мы пошли забирать сына после занятий.
Я скромно подошла к раввину и спросила, какие успехи в учебе у моего сына. Раввин ответил:
– Прекрасная голова. Нам бы еще с десяток таких.
Вот это подставился! Невозможно было упустить такой шанс! Я тут же сказала:
— Не будет с десяток. Скоро и этих двоих кормить будет нечем. — И продолжила: — Квод а-рав (уважаемый раввин), в банке «Мизрахи» нужны русские пкидот, замолвите за меня словечко.
Рав обалдел от такой наглости, но быстро сориентировался:
— А что ты умеешь делать? Я тут же рассказала, что умею работать на компьютере (забыв упомянуть, что работала я на больших промышленных компах, а персональный компьютер в глаза не видела) и уже прекрасно владею ивритом (да уж!).
Через несколько дней, к своему изумлению, я уже работала секретарем этого раввина в городском раввинате. Как говорится: «Смелость города берет». Проработала там почти год.


Марина Финкельштейн
Моя алия
О борьбе с «полковничьей» бюрократией и контрасте между обликом латвийской таможни и персонала в Шереметьево.
1.5.26
…

Марина Финкельштейн
Опыт 35 лет алии
35 лет алии: путь от пустой квартиры до журналистской карьеры.
2.4.26
…
Моё первое место работы в Израиле
Марина Финкельштейн
2.4.26
…
Загрузка данных…
На фото: с детьми. 1991 г. Кибуц Негба
Я приехала в Израиль в октябре 1990-го с мужем, сыном 10 лет и дочерью 1,5 года.
После ульпана резко встала проблема поисков работы. Это было то благословенное время, когда на израильскую голову каждый месяц падали с неба сотни тысяч новых репатриантов со всеми вытекающими отсюда последствиями. Невозможно было устроиться даже на уборки. И конечно же, существовало твердое мнение, что без блата (или, как здесь говорили, «протекции») никуда не возьмут. А протекции не было.
Где-то я случайно услышала, что в банке «Мизрахи» решили набрать русскоязычных «пкидот» (служащих) для привлечения новых клиентов. Но как попасть в банк «Мизрахи»?
Я начала активно думать, кто составит мне протекцию. . В это время мой десятилетний сын, который очень интересовался историей и традициями еврейского народа, занимался на курсах у русскоязычного раввина. Я поняла, что это мой шанс. Ведь в банке «Мизрахи» все религиозные. (Только сегодня я понимаю, что логика была «железная». Примерно как «в огороде бузина, а в Киеве дядька»).
И вот в пятницу я приготовила семью к атаке на раввина. Надела платье, закрывающее колени, и кипу на тогдашнего мужа, взяла на руки принаряженную свою дочу-красотулечку, и так торжественно мы пошли забирать сына после занятий.
Я скромно подошла к раввину и спросила, какие успехи в учебе у моего сына. Раввин ответил:
– Прекрасная голова. Нам бы еще с десяток таких.
Вот это подставился! Невозможно было упустить такой шанс! Я тут же сказала:
— Не будет с десяток. Скоро и этих двоих кормить будет нечем. — И продолжила: — Квод а-рав (уважаемый раввин), в банке «Мизрахи» нужны русские пкидот, замолвите за меня словечко.
Рав обалдел от такой наглости, но быстро сориентировался:
— А что ты умеешь делать? Я тут же рассказала, что умею работать на компьютере (забыв упомянуть, что работала я на больших промышленных компах, а персональный компьютер в глаза не видела) и уже прекрасно владею ивритом (да уж!).
Через несколько дней, к своему изумлению, я уже работала секретарем этого раввина в городском раввинате. Как говорится: «Смелость города берет». Проработала там почти год.




