30 лет назад, в январе 1995 года, я начал работать на фармацевтическом заводе «Тева» в Кфар-Саве. «Тева» начинала выпускать свое знаменитое лекарство от рассеянного склероза под названием «Копаксон», и для этого была построена полностью автоматизированная, компьютеризированная и роботизированная производственная линия. Вот именно начальником этой линии (сменным — нас было двое) я и работал.

Линия действительно была очень передовой даже по международным меркам. Поэтому туда часто привозили различных «почетных» гостей. Были и члены правительства, и иностранные руководители государств, и бизнесмены разных уровней из разных стран. Многие из них беседовали со мной, а я даже не знал кто это. Интернет только-только начинал появляться, эти делегации всегда сопровождало заводское начальство, иногда сам Эли Гурвиц, и эти начальники редко объясняли, кого они привезли...

И вот как-то утром, в самом начале смены, нас предупредили: навести порядок (это в стерильном-то производстве!) — будет очень важный гость. Потом появились люди в штатском с военной выправкой, и тогда нам объяснили: сейчас приедет премьер-министр Израиля Ицхак Рабин.

Рабин вошел, окруженный кучей людей, и все работники завода тоже собрались за стеклянной стеной — увидеть его. В нашей диспетчерской могло поместиться не более десяти человек, поэтому часть делегации оставалась снаружи.

Директор завода рассказал Рабину, что и как мы делаем, а в это время я продолжал работать — процесс остановить нельзя. В диспетчерской был длинный стол, на котором стояло несколько компьютеров — семь-восемь, уже и не помню. Через эти компьютеры и шло управление линией: каждый из них отвечал за свою часть — роботов, лиофилизаторы и так далее. Поэтому мне просто приходилось ездить вдоль этого длинного стола в кресле на колесиках...

Когда директор закончил объяснять Рабину суть производства, тот подошел ко мне ближе, посмотрел на мои «покатушки» и спросил, нравится ли мне то, что я делаю. Я ему что-то ответил — естественно, мне нравилось. 

Он переспросил: 

— Репатриант? 

Я кивнул утвердительно.

Он еще какое-то время понаблюдал, а потом спросил:

— Зачем вы катаетесь вдоль стола?

Я объяснил, что управляю всеми компьютерами одновременно. И тут во мне проснулся ребенок:

— Вот бы мне стул с хорошими колесиками, а то эти все время скрипят и тормозят!

Рабин улыбнулся, и делегация вышла из комнаты... После обеда меня вызвал директор завода, «вставил люлей» и... послал на склад за новым стулом. Не уверен, что Рабин дал ему такое распоряжение, но все-таки благодаря Рабину работать стало приятнее...